Ребенок-манипулятор. Мифы и реальность.

Слова, которые создают пропасть.Часть 1.

«Это манипулирование!»

В моем опыте, как детского аналитического психолога, так и мамы, понятие манипуляций часто  возникает в попытке взрослых понять и объяснить поведение ребенка. Детский плач, нытье, истерики и другое поведение, трудно переносимое взрослыми (а часто и ребенком), мы во многих случаях связываем с понятием манипулирования. Верно ли это?

Давайте разберемся, что такое манипулирование.

Вот какие признаки манипуляции выделяют социальные психологи:

1) манипуляция это психологическое воздействие;

2) отношение манипулятора к другому как средству достижения собственных целей;

3) стремление получить односторонний выигрыш;

4) скрытый характер воздействия (как факта воздействия, так и его направленность);

5) использование (психологической) силы, игра на слабостях;

6) побуждение, мотивационное привнесение;

7) мастерство и сноровка в осуществлении манипулятивных действий.

Итак, предлагается следующее определение.

Манипуляция — это вид психологического воздействия, искусное исполнение которого ведет к скрытому возбуждению у другого человека намерений, не совпадающих с его актуально существующими желаниями.

В психологической литературе мы можем встретить следующие определения:

Манипуляция — это вид психологического воздействия, искусное исполнение которого ведет к скрытому возбуждению у другого человека намерений, не совпадающих с его актуально существующими желаниями.

Манипуляция — это вид психологического воздействия, при котором мастерство манипулятора используется для скрытого внедрения в психику адресата целей, желаний, намерений, отношений или установок, не совпадающих с теми, которые имеются у адресата в данный момент.

Манипуляция — это психологическое воздействие, нацеленное на изменение направления активности другого человека, выполненное настолько искусно, что остается незамеченным им.

Манипуляция — это психологическое воздействие, направленное на неявное побуждение другого к совершению определенных манипулятором действий.

Манипуляция — это искусное побуждение другого к достижению (преследованию) косвенно вложенной манипулятором цели.

Манипуляция обходит сознательный контроль и действует на нас скрыто, изнутри, как будто это наше желание или решение.

Вот, что говорят психологи.

Людмила Петрановская, семейный психолог:

Такая фобия перед детскими манипуляциями несколько накручена. Манипуляцией часто называют простой запрос ребёнка о своих потребностях. Если он хочет, чтобы ему купили мячик и начинает плакать и просить мячик, то это не манипуляция. Просто он очень сильно хочет мячик. Если он кричит и требует, то это тоже не манипуляция, а силовое взаимодействие, конфликт. Мне кажется, что много проблем возникает из-за того, что взрослые боятся детей. Существует у родителей странная фантазия, что ребёнок – это какой-то монстр, стремящийся захватить власть. Но ребенку это вовсе не нужно. Он хочет быть ребенком. И мячик.

«Прежде всего, важно помнить, что ребенок 2-3 лет ничего не делает назло. Делать назло — крайне сложно, на самом деле.

Если мы ставим себе цель кого-то «низводить и укрощать», мы должны как минимум точно знать, как этот кто-то воспримет те или иные наши действия, какие чувства они у него вызовут, и что он будет делать под влиянием этих чувств.

Ребенок трех лет на все это не способен, что достаточно дотошно доказано многочисленными исследованиями. У него просто еще не созрели те зоны мозга, которые отвечают за взгляд на ситуацию со стороны другого человека и прогнозирование действий и реакций другого.

Эта способность появится у него только годам к 6-7. То есть, как бы ужасно ни вел себя наш трехлетка, он никогда не делает это против нас, он с нами не воюет.» Цитата из книги «Тайная опора».

Манипуляция крайне сложный вид деятельности, который свидетельствует об очень высокой степени зрелости. До 6-7 лет о манипуляции вообще говорить нельзя, потому что просто ещё не созрели те участки мозга, которые способны провернуть такую операцию. Что такое манипуляция? Это понимание того, как отреагирует человек на такой-то стимул. Тот, кто манипулирует, думает: «Я дам ему этот стимул, причём незаметно, чтобы он сделал то, что я хочу, но думал при этом, что он сделал это сам. Я его заставлю, но неявно».

О том, что уровень созревания необходимых для спланированных и обдуманных манипуляций зон мозга еще не достигнут, говорят многие специалисты. Например, нейрофизиологи и нейропсихологи говорят о том, что в среднем логические способности начинают формироваться около 7 лет, а префронтальная кора лобных долей мозга, отвечающая за планирование деятельности, созревает в подростковом возрасте и позднее.

Ольга Писарик, журналист, психолог-консультант, популяризатор теории привязанности в России:

«Согласно триединой модели мозга, автором которой является американский нейрофизиолог Поль МакЛин человеческий мозг состоит из трёх частей: 

1. Древний мозг, мозг рептилии отвечает за выполнение простейших базовых функций, за ежедневное, ежесекундное функционирование организма: дыхание, сон, циркуляция крови, сокращение мышц в ответ на внешнюю стимуляцию.

2. Средний мозг, лимбическая система надетая на древний мозг встречается у всех млекопитающих. Она участвует в регуляции функций внутренних органов, обоняния, инстинктивного поведения, памяти, сна, бодрствования , но в первую очередь лимбическая система отвечает за эмоции

3. Неокортекс, кора больших полушарий головного мозга, отвечает за высшую нервную деятельность. Именно эта часть мозга наиболее сильно развита у Homo sapience и определяет наше сознание. Здесь принимаются рациональные решения, ведется планирование и т.д.

У человека все три части мозга развиваются и взрослеют именно в таком порядке.

Ребёнок приходит в этот мир с уже сформированным древним мозгом, с практически сформированным средним мозгом и с очень «недоделанной» корой больших полушарий.

В течение первого года жизни соотношение мозга новорожденного к размеру взрослого возрастает с 64% до 88% , а масса мозга удваивается, к 3 — 4 годам она утраивается.

Теперь понятно, почему в деле воспитания детей именно эмоции играют решающую роль. Не действуют дети вам назло, не стремятся они вами манипулировать, для манипуляций нужно тщательное планирование. А движимы они базовыми эмоциями: желанием контакта и близости, страхом, тревогой. Когда мы поймём это, понимать ребёнка станет гораздо легче.»

Дарья Рекель, практикующий психолог:

«Человек, который манипулирует другими, нацелен на изменение поведения другого человека и не хочет, чтобы другой узнал об его истнных чувствах. Он скрывает свои истинные эмоции.

Что же происходит в душе у самого манипулятора? Он не может напрямую  выражать  свои основные эмоции — гнев, страх, душевную боль, радость, любовь. Он прибегает к подавленным или сдержанным эмоциям — тревоге, унынию, негодованию, смущению… Сокрытие своих истинных эмоций — яркий признак манипулятора. Ему сложно переживать истинные эмоции, жить в настоящем.

Дети, наоборот, не способны скрывать свои эмоции.  Для них характерно полное и безоговорочное принятие всего происходящего, поскольку у них, с одной стороны, очень мало воспоминаний и очень малая опора на прошлое, а с другой, они еще не умеют прогнозировать будущее.

Этот факт ставит под сомнение способность  детей дошкольного возраста к манипуляциям.»

В отличии от истинных манипуляций ребенок всегда охотно расскажет о своих и актуальных потребностях, собственно, о том, что он хочет. Конечно, сделаем оговорку, что ответ будет зависеть от возраста ребенка, уровня развития речи, рефлексии и т.п.

При этом яркое и трудно переносимое поведение ребенка в этот момент связано со следующим эмоциональным состоянием:

возможно, это злость и ярость в связи с тем, что ребенку отказали в чем-то, что он остался неуслышанным; горе, связанное с расставанием с любимы человеком или вещью; испуг, вызванный ответной реакцией взрослого на его поведение и так далее.

Конечно, детский опыт родителей часто был таким же: в своем детстве мы сталкивались с нашими сильными эмоциями, которые резко осуждались нашими родителями. В то время мы учились сдерживать и не показывать их, так как родители могли реагировать на них агрессивно (крик, наказания, физическое наказание) или же оказывались слишком слабыми, чтобы вынести наше тяжелое состояние (сами впадали в истерику, плакали, бросали). Поэтому становясь взрослыми мы до сих пор не можем встретится лицом к лицу с тяжелыми переживаниями (особенно собственного ребенка), они могут вводить нас в странное неконтролируемое сознанием состояние паники, яркого аффекта, которое может отражать наше состояние из детства или состояние наших родителей. Это очень тяжелые, болезненные и трудно переносимые переживания, мы естественным образом стремимся защититься от них: заставляя нашего ребенка замолчать, прекратить, мы обесцениваем происходящее, говоря о том, что эти яркие эмоции не настоящие, это манипулирование.

Удивительно, что мы делаем это именно в тот момент, когда ребенок сильно нуждается в нашей поддержке, в помощи в совладании с захлестнувшей его волной непонятных ему и очень сильных чувств, в подтверждении, что, несмотря на происходящее, наша связь не разрушена. 

Почему мы это делаем?

 

Потому что сами не имели этого опыта, мы боимся сильных эмоций и боли. А вдруг мы не справимся, не выдержим? Или вдруг эти эмоции никогда не закончатся, они будут бесконечны, и мы потонем в них, в этих бушующих волнах эмоций? Эти и другие возникающие у нас фантазии, как и фантазия о том, что ребенок таким образом проявляет власть родом из нашего детства, из того опыта, который каждый из нас получил, когда мы были маленьким и сталкивались с подобными переживаниями, ситуациями сами.

А что же тогда? Ребенок никогда не манипулирует?

Ребенок с младенчества учится социальному взаимодействию,  он видит улыбку мамы при ее появлении и учится улыбаться ей в ответ, мы учим его есть ложкой, учим нажимать на кнопки, что играла музыка и так далее. Я думаю, что подобным образом, ребенок учится у нас и способам как просить о том, что важно для нас:

Если мы говорим малышу: «если ты не уберешь игрушки, я не включу мультики», «если ты не перестанешь плакать, я уйду» и так далее, то тем самым мы учим его угрозам как методу воздействия на другого человека. Естественно, что и он пробует этот же метод во взаимодействии с нами. Если мы сами используем подобную схему в нашем общении с ребенком, то и ребенок начинает ее использовать.

Что же нам остается?

Нам самим необходимо учить ребенка говорить о своих потребностях.

Нам сами, родителям, необходимо учиться распознавать свои чувства, особенно неприятные, тяжелые, «бьющие» по нашей самооценке. Распознавать и уметь оставаться с ними, не игнорируя, обесценивая, переключая их. В противном случае, эти же переживания у нашего ребенка становятся для нас непереносимы.

Каждый из нас имеет право оказаться слабым, расстроенным, испуганным, испытать злость. Эти чувства нормальны, они естественны. Нам надо учиться принимать их в себе и в своем ребенке.

Эти чувства не будут бесконечны, бесконечными их может делать лишь наше игнорирование.

А также важно помнить, что есть периоды, когда дети начинают особенно осознавать себя, свои потребности, свою отдельность,  в это время им так важно проЯВИТЬ себя, заявить о себе. Это время острых конфликтов с близкими. Именно с тем, с кем есть хорошая привязанность, с кем ребенок чувствовал связь . Вы не встретите кризиса трех лет у детей в детском доме, там  всегда тихо, и дети послушны, только многие из них имеют странное поведение (бесконечное раскачивание перед сном, сосание пальцев в достаточно большом возрасте и так далее).  Но  в норме ребенок около трех лет обязательно заявит о себе, это тяжелое время, как для него, так и для родителей. Важно помнить, что кризис заканчивается, а ребенок приобретает важное для него самосознание, чувство собственного Я, умение понимать свои потребности, предъявлять их и отстаивать, договариваться. Всему этому он учится в наших конфликтах, мама его первый спарринг-партнер, наша задача, как родителей быть ему этим партнером, т.е. не увиливать от конфликтов (они все равно будут, просто повод для них будет еще более нелепый), показывать разные способы развития событий, но всегда оставаться в связи с ребенком, демонстрировать, что нашей связи это не угрожает. Родителям  важно поддержать связь с ребенком, помогать ему справляться с бушующими эмоциями, давать возможность ребенку проявлять и отстаивать свое Я, не отказывая и себе в границах и праве на свое Я.

Если же возрастной кризис в силу обстоятельств не был прожит, например, ребенок в это время чувствовал неустойчивость его связи с мамой или заменяющим ее человеком, то он обязательно начнется позже и интенсивнее.

Итак, мы попытались  с вами занырнуть в сложный, запутанный и пугающий многих родителей мир, мир детских эмоций. Мир «плохого», т.е. непонятного и пугающего нас поведения. Мир от которого многие из нас старались держаться подальше еще со времен, когда мы были детьми. Ведь наш ребенок заставляет нас встретиться с тем внутренним ребенком, который живет в каждом из нас. Но не только «заставляет», но и позволяет. Ведь вынужденная встреча с нашим детским опытом позволяет нам по-новому взглянуть на привычные способы поведения, взаимодействия со своей душой и с другими людьми.

Желаю вам быть в контакте, в душевной связи с собой и вашими близкими!

 

 

 

 

Scroll To Top